Скелет в эстонском шкафу

Скелет в эстонском шкафу 

96 лет назад, в декабре 1919 г., завершилось существование Северо-Западной белой армии Юденича. Ее боевой путь был очень не простым. В 1917-18 гг. Прибалтику и Псковскую губернию оккупировали немцы. В Финляндии местные большевики схлестнулись с националистами, которых возглавил К.Г. Маннергейм (бывший генерал царской армии). Пригласив немцев, они выгнали своих красных. Но осенью 1918 г. рухнула в революцию Германия. Оккупационные части эвакуировались на родину. В Пскове начала создаваться белогвардейская Северная армия полковника Неффа. Сформировать ее не успели. Вслед за уезжающими немцами хлынули красные. Отряды Неффа обороняли Псков, но их обошли с двух сторон. Остатки белых с трудом вырвались и разделились.

Часть их отступила в Эстонию. Заключила договор, что присоединяется к частям эстонского ополчения, формируемым для защиты республики. Возглавил этот отряд генерал Родзянко. Другая часть отходила в Латвию. Здесь тоже создавались силы самообороны, Балтийский Ландсвер. В его состав вошел русский отряд Ливена. Отстоять Ригу Ландсвер не сумел, был разбит. Латвийское правительство бежало в Либаву. Но оно запросило о помощи Германию, выделившую добровольческие части, взявшуюся снабжать латышей оружием, амуницией. Красных остановили, а потом погнали назад.     

В Эстонии дело обстояло иначе. Тут правительство повело ярую национал-шовинистическую политику – против немцев. Конфисковало земли немецких помещиков, поувольняло немцев-чиновников. Тем самым заслужило поощрение Англии. Появилась британская эскадра, прикрыла и помогла защитить Таллин. Началась поддержка снабжением и вооружением эстонской армии. Взяли на обеспечение и русских, сражавшихся за Эстонию.

Много русских беженцев находилось и в Финляндии, в первые месяцы после революции пересечь границу было легко. В январе 1919 г. тут возник «Русский комитет» под руководством генерала от инфантерии Николая Николаевича Юденича. Это был герой русско-японской и Мировой войн. Полководец, не знавший ни единого поражения, громивший турок под Сарыкамышем и Алашкертом, бравший Эрзерум и Трапезунд. Один из немногих кавалеров ордена Св.Георгия II степени (I степени не имел никто).

Весной 1919 г. представители Белого Движения в Париже генералы Щербачев и Головин представили Верховному Правителю Колчаку доклад о необходимости создания из стратегических соображений нового, «эстляндско-финляндского» фронта с задачей наступления на Петроград. Для этого предлагали объединить отряды Родзянко, Ливена и те войска, которые сформирует в Финляндии Юденич при поддержке Маннергейма. Колчак согласился и назначил Юденича главнокомандующим новым фронтом. Была издана довольно расплывчатая декларацию Северо-Западной армии о возрождении России на основах «народовластия», созыве Учредительного Собрания, демократических свободах, праве наций на самоопределение, передаче земли крестьянам.

Но реальное создание армии застопорилось. Юденич повел переговоры с Маннергеймом – вступление в войну Финляндии, имевшей довольно сильную армию, гарантировало стопроцентное взятие Петрограда. Маннергейм в принципе соглашался. Однако финские националисты опасались возрождения сильной России. Вмешались и державы Антанты. Их «единая и неделимая» тоже не устраивала ни в коем случае. Они делали ставку на расчленение России и национальные новообразования. В переговоры встрял руководитель союзных миссий в Прибалтике английский генерал Гофф. Участник этих заседаний генерал Марушевский писал – Гофф сделал буквально все, чтобы финны не выступили на стороне белых.

 В итоге были выработаны весьма странные условия. От белогвардейцев требовалось не только признать независимость Финляндии, но и отдать ей Карелию, Кольский полуостров. Причем даже за такую цену военные действия финнов против большевиков отнюдь не гарантировались! Обещалось лишь то, что уступки станут “почвой для подготовки общественного мнения к активному выступлению”. Юденич запросил Колчака, и Верховный Правитель отверг такие требования. Сам Маннергейм, несмотря на симпатии к белогвардейцам, оказать им помощи не мог, он был только временным правителем страны. А в июне в Финляндии состоялись президентские выборы, западные державы активно поддержали соперника Маннергейма Стольберга, лидера «партии мира». Он встал у руля государства, и вопрос о союзе финнов с белогвардейцами снялся с повестки дня. Им даже не разрешили создавать отряды на территории страны, и Юденич перебрался из Хельсинки в Эстонию.

Здесь корпус Родзянко одерживал успехи. Он помог эстонцам освободить их земли, а 13 мая прорвал советскую оборону под Нарвой, вступил на территорию Петроградской губернии. Корпус был небольшой, 7 тыс. штыков и сабель. Но уже и в самом Петрограде назрело недовольство большевиками, составлялись заговоры. А главное – колебался Балтфлот. Моряки, “краса и гордость революции”, воочию видели, к каким бедствиям привела Россию эта революция. Открывалась реальная возможность перетянуть их на сторону белых – а после этого овладеть Петроградом не составило бы труда. Если поднимется против красных Кронштадт, где уж удержаться “северной столице”?

Об этом уже думали сами моряки, на некоторых кораблях команды сговаривались при удобном случае перейти к Юденичу и Родзянко. «Первой ласточкой» стали два эсминца. Подняли якоря и после недолгого плавания причалили в Таллине. Но англичане… отдали корабли Эстонии! Экипажи интернировали, несколько человек расстреляли. В Кронштадте об этом стало известно. Ясное дело, что другие моряки не стали повторять печальный опыт. Нет, британцы оказались совершенно не заинтересованы в переманивании флота. Они ставили другую задачу – уничтожение Балтийского флота. Чтобы его не было ни у какой России -  ни красной, ни белой. Год назад они предприняли попытку затопить корабли через наркома по военным и морским делам Троцкого. Тогда флот спас ценой своей жизни начальник морских сил Балтики Щастный.

Теперь попытку повторили. В мае англичане вдруг предприняли атаку Кронштадта торпедными катерами. Потопили один крейсер, но русские моряки показали, что еще не утратили свое мастерство. Атаку отбили, уничтожили британский эсминец и подводную лодку. Однако после этого о переходе на сторону противника не могло быть и речи. Балтийцы озлобились и готовились драться всерьез.

Тем не менее, во многих частях еще сохранялись антикоммунистические настроения. В июне восстали форты “Красная горка”, “Серая лошадь” и “Обручев”, охранявшие южное побережье Финского залива. В них насчитывалось 6,5 тыс. бойцов, имелись богатые склады вооружения, боеприпасов, провианта. Момент для удара на Петроград, был исключительно благоприятным! Дорога оказалась фактически открытой. Белое командование молило англичан прислать военные корабли, прикрыть восставшие форты с моря. Нет. Просьбы услышаны не были. Британская эскадра торчала по соседству, в Таллине и Хельсинки, а на помощь повстанцам  двинуться даже не подумала. Зато подошли линкоры и крейсера из Кронштадта, принялись расстреливать форты крупнокалиберной артиллерией. После 52 часов бомбардировки гарнизон оставил раздолбанные укрепления и ушел на соединение с белыми.

А армия Родзянко воевала сама по себе. Начала она хорошо, взяла Псков, Ямбург, Гдов. Но едва она вышла за пределы Эстонии, ее сняли со снабжения эстонской армии. Оружие и боеприпасы оставалось добывать только за счет трофеев. Денег не было, жалованья не выдавалось, люди голодали. С завистью смотрели на эстонцев, щеголявших в английском обмундировании и обуви, а сами ходили в рванье. Занятые русские районы - неплодородные, ограбленные продразверсткой, не могли даже прокормить войска, и белогвардейцы по два месяца не видели горячей пищи.

Правда, англичане пообещали, что необходимое снабжение будет отгружено в мае. Но ничего не прислали ни в мае, ни в июне, ни в июле. А на запросы Юденича генерал Гофф отвечал примерно так, как гонят со двора нищего попрошайку. Писал, что “эстонцы уже купили и заплатили за то снаряжение, которое сейчас получили”. “За помощь великой России в дни войны союзники будут навсегда благодарны. Но мы уже более чем возвратили наш долг натурой” (так оценивалась помощь армиям Колчака и Деникина – которым, кстати, в данное время тоже ничего не присылали). Наступление выдохлось.

Между тем, красные наращивали силы. В Петроград для организации обороны были присланы Сталин и Петерс. Навели порядок, пресекли панику. По городу прокатились массовые облавы и чистки, уничтожались гнезда назревших мятежей и заговоров. Объявлялись мобилизации, подходили эшелоны подкреплений с других фронтов. Поредевшие части Родзянко стали теснить обратно к границе.

Другой белогвардейский корпус, князя Ливена, достиг в это время 10 тыс. штыков и сабель, вместе с Балтийским Ландсвером завершал освобождение Латвии. Но и здесь завертелись интриги Антанты. Генерал Гофф стал играть роль главного распорядителя судеб Прибалтики. Латышское правительство и Ландсвер английские политики и военные расценивали как «прогерманские» - и противопоставили им «пробританскую» Эстонию. Не только противопоставили, а натравили на латышей. Эстонская армия начала против них войну, опрокинула Ландсвер. Осадила Ригу, обстреливая ее из орудий.  

Тут-то выступили верховные арбитры, и Гофф продиктовал условия мира. Латвия должна была заключить союзный договор с Эстонией. Из Ландсвера изгонялись все “прогерманские элементы”, даже и местные, прибалтийские немцы. А сам Ландсвер переходил под командование английского полковника Александера. Русский корпус Ливена подчинялся Ландсверу лишь в оперативном отношении – в политическом он признавал высшей властью правительство Колчака. Но и судьбу этого отряда решил Гофф. Предписывалось очистить его от “германофильских элементов”, сдать полученное от немцев тяжелое вооружение и технику и перебазироваться в Эстонию. Многих это возмутило, и отряд раскололся. Часть выполнила приказ и отправилась под Нарву в распоряжение Юденича. Другая часть во главе с генералом Бермондом отказалась подчиниться и образовала самостоятельную, Западную Добровольческую армию.

Но и в Эстонии было худо. Ее правительство после ожесточенных антигерманских гонений перенацелилось на новое направление – русофобское. Летом 1919 г. таллинская пресса, министры, парламентарии принялись раздувать пропагандистскую кампанию против “русского империализма”, якобы угрожающего их независимости, против “панрусских правительств Колчака и Деникина и Северо-Западной армии, сражающейся под их знаменами”. А Северо-Западная армия существовала без тыла, полностью зависела от эстонцев и их западных покровителей. Белогвардейцы подвергались постоянной травле и унижениям. Например, вагон самого Юденича, ехавшего в Таллин на совещание с англичанами, отцепляли от поезда по прихоти станционного коменданта.

 А в августе в отсутствие Юденича генерал Гофф и его помощник Марш собрали в Таллине русских общественных деятелей, промышленников, и потребовали от них тут же, не выходя из комнаты, сформировать “демократическое правительство”. Был заранее готов и список министров. Причем первое, что должно было сделать “правительство” – “признать абсолютную независимость” Эстонии. На все про все давалось 40 минут. В противном случае, как грозили англичане, “мы будем вас бросать”, и армия не получит ни одной винтовки и пары сапог. Юденич, находившийся в Нарве, прислал телеграмму, чтобы без него не принималось кардинальных решений. А деятели, собранные в “правительство”, засомневались, согласится ли Юденич с односторонним признанием Эстонии, без каких-либо взаимных обязательств. Гофф и Марш ответили, что на этот случай “у нас готов другой главнокомандующий”. О телеграмме Юденича выразились, что она “слишком автократична, она пришлась нам не по вкусу”.

У Северо-Западного “правительства”, сформированного столь необычным способом, не было выбора. Оно выполнило все требования. Англичане по-своему оценили вынужденное послушание. Все же прислали пароходы с грузами для армии. Кстати, объем этой помощи впоследствии преувеличивался советскими источниками, чтобы объяснить свои поражения. На самом же деле, союзники прислали всякий хлам, оставшийся от Мировой войны. Из танков, отгруженных Юденичу, оказался исправен только один, из аэропланов – ни одного. Но все равно, армия хоть смогла одеться, обуться, зарядить винтовки и орудия. И воспрянула духом, снова обретая боеспособность. Из Латвии прибыли части Ливена - 3,5 тыс. солдат и офицеров, прекрасно вооруженных и закаленных в победных боях. Численность войск Юденича достигла 15-20 тысяч человек.

28 сентября они перешли в наступление. 7-ю и 15-ю красные армии опрокинули. Победно вступили в Ямбург, взяли Лугу. А 10 октября, перегруппировав силы, Юденич нанес основной удар, на Петроград. Деморализованные большевики удирали, сдавая город за городом. Пали Гатчина, Павловск, Красное Село, Царское Село, Лигово. Большевики разрабатывали планы уличных боев, строили баррикады. Начали эвакуацию города, вывозя по 100 вагонов с сутки. Хотя многие считали это бессмысленным. Были уверены, что падение Петрограда вызовет развал, восстание и крушение самой Советской власти. Среди большевиков царила паника. Готовились уходить в подполье, удирать за границу…

Для спасения положения в Питер примчался Троцкий. Порядок он наводил драконовскими мерами. В частях, бежавших с поля боя, устраивал «децимации» - расстреливал каждого десятого. Провел массовую мобилизацию в армию, подгребая в нее рабочих, “совслужащих” и даже “буржуев”. Таких ополченцев вооружали пиками, полицейскими шашками, а то и ничем. А за спиной ставили пулеметы и гнали в атаки. Это оборачивалось дикими бойнями, на Пулковских высотах полегло 10 тыс. мобилизованных. Но достигался выигрыш времени, чтобы перебросить соединения из других областей России.

Вообще про поезд Троцкого в гражданскую войну ходили легенды – там, где он появлялся, положение выправлялось, поражения сменялись победами. Объясняли это тем, что с наркомом разъезжал штаб опытнейших военных специалистов, поезд и сам мог поддержать бой личной “гвардией” Троцкого, тяжелыми морскими орудиями. Хотя на нем имелось  вооружение, куда более опасное, чем пушки. Мощная радиостанция, позволявшая связываться даже со станциями Англии, Франции, Испании.

И можно выявить некую загадочную (или не совсем загадочную?) закономерность. Когда красным приходилось туго, и Лев Давидович прибывал выправлять ситуацию, по “совпадениям” начинались неполадки в белых тылах! Причем неполадки были так или иначе связаны с иностранными державами. А Лев Давидович – опять же, по “совпадению”, всегда очень умело пользовался затруднениями, возникшими у противника. Так было и в октябре 1919 г. под Петроградом.

По соглашениям, которые Юденич сумел достичь с союзниками и эстонцами, белые войска наносили главный удар. А второстепенные участки на флангах занимали эстонские части. На эстонцев возлагались и переговоры с гарнизоном форта «Красная Горка». Там солдаты и командиры опять проявляли колебания, выражали готовность перейти на сторону белых. Приморский же фланг должен был прикрывать английский флот. Но никаких переговоров с Красной Горкой эстонцы даже не начали. Мало того, в решающий момент эстонских частей на фронте вообще не оказалось. Они ушли! Бросили позиции. Не появились и британские корабли. Они получили вдруг другой приказ, и вся английская эскадра, находившаяся на Балтике, удалилась в Ригу.

А Троцкий с поразительной “прозорливостью” направил прибывающие свежие дивизии именно на оголившиеся участки. Приказал высадить в тылу Юденича морские десанты. Северо-Западная армия очутилась почти в полном окружении, стала пробиваться назад. А причину случившегося эстонцы не сочли нужным скрывать. Таллинское правительство заявляло: “Было бы непростительной глупостью со стороны эстонского народа, если бы он сделал это” (т.е. помог белогвардейцам победить). В меморандуме от 16 декабря 1919 г. эстонский премьер-министр Тениссон и министр иностранных дел Бирк проговорились: “... Два месяца тому назад Советское правительство сделало эстонскому правительству мирное предложение, открыто заявляя, что готово признать самостоятельность Эстонии и отказаться от всяческих наступательных действий против нее”. Таким образом, как раз в октябре, в разгар боев за Петроград, начались закулисные переговоры.

В ноябре-декабре остатки армии Юденича вместе с толпами гражданских беженцев хлынули через эстонскую границу. Но их встретили дикой злобой и репрессиями. Очевидец писал: “Русских начали убивать на улицах, запирать в тюрьмы и в концлагеря, вообще притеснять всеми способами. С беженцами из Петроградской губернии, число коих было более 10 тысяч, обращались хуже, чем со скотом. Их заставляли сутками лежать при трескучем морозе на шпалах железной дороги. Масса детей и женщин умерли. Все переболели сыпным тифом. Средств дезинфекции не было. Врачи и сестры при таких условиях также заражались и умирали. Вообще картина бедствия такова, что если бы это случилось с армянами, а не с русскими, то вся Европа содрогнулась бы от ужаса”. Зимой эстонцы держали людей за колючей проволокой под открытым небом. Не кормили.

А официальный Таллин в меморандуме от 16 декабря нагло заявлял: “Эстонские военные и гражданские власти делают все, что они считают возможным и нужным делать. Им совершенно невозможно снабжать русские части... одеждой, так как Эстонское правительство не имеет ее в достаточном количестве. Сверх того, Северо-Западная армия была богато снабжена продовольствием и обмундированием... Принимая во внимание свой малый запас продовольствия, Эстонское правительство не может допустить, чтобы столь большие массы кормились, не давая в обмен своей работы...” Под этим поводом интернированных гоняли на лесоповал, строительство дорог и другие каторжные работы. Тысячи людей погибли.

Все это происходило при полном попустительстве Антанты. А Троцкий за оказанные услуги щедро расплатился. 5 декабря с Эстонией было заключено перемирие, а 2 февраля – Тартусский договор, по которому эстонцам в придачу к их национальной территории отдали 1 тысячу кв.км русских земель.

Страна нацистов

В редкие для эстонского лета знойные дни на склоне холма в местечке Синимяэ у подножья мемориального креста уже почти двадцать лет собирается десяток-другой эстонских стариков и изрядное число молодых эстонцев. Вдали от шума городского происходит слет ветеранов 20-й Эстонской добровольческой гренадерской дивизии Войск СС. С каждым годом «гренадеров-эсэсовцев», с оружием в руках противостоявших в кровопролитных боях наступавшей Красной Армии, все меньше, а молодых поклонников 20-дивизии СС все больше.

Синимяэ  - единственное место, где идейные поклонники голландских и валлонских коллаборационистов смогли с молчаливо-благожелательного согласия эстонских властей установить в 2006 году памятник голландским и бельгийским предателям, перешедшим на службу Гитлеру в войска СС.

Вернемся к эстонским «ветеранам».  Украшенный флагами, воспетый патриотическими речами слет ветеранов эсэсовской дивизии члены эстонского правительства, как правило, из соображений политкорректности не посещают, трудно там встретить и парламентских политиков, за исключением тех, кто свою политическую карьеру сделал на проявлениях радикального национализма. Не бросается в глаза и полицейское оцепление. Посторонних там не любят, особенно тех, кто может задать неприятный вопрос или напомнить об ответственности людей в мундирах войск СС за преступления против человечности. Государство в лице полиции охраняет право выражать свое почтение и славословить подвиги ветеранов войск СС и который год препятствует высказыванию иной точки зрения.

В этом году два очень пожилых эстонца цыганского происхождения в сопровождении двух мужчин помоложе отправились на машине из Таллина через всю Эстонию, чтобы напомнить эстонцам-ветеранам войск СС, что никто не забыт и ничто не забыто. Два почтенных старца – члены объединения малолетних узников фашизма – везли с собой плакат «Кто ответит за геноцид эстонских цыган во Второй мировой войне?» Изо всей достаточно многочисленной цыганской общины довоенной Эстонии сегодня живы лишь 11 человек. И не только время тому виной. Эстонских цыган на эстонской земле с помощью эстонской полиции безопасности, эстонских полицейских батальонов и эстонских тюремных надзирателей практически поголовно уничтожили во время нацистской оккупации. Вот и хотели два чудом выживших старика задать вопрос ветеранам Эстонского легиона: Так кто же ответит за геноцид своих сограждан-цыган?

Поехали цыгане в Синимяэ, но так и не доехали. Или, вернее, им не дали доехать. Председатель Северо-эстонского объединения цыган Роман Лутт близко к сердцу принял то, что произошло со стариками-цыганами. Он не устает рассказывать, что машину с четырьмя мужчинами полиция остановила еще при выезде из Таллина, затем, только успели отъехать всего ничего, еще раз. Проверяли все, как в кино про плохих полицейских: документы, горят ли фары надлежащим образом, есть ли огнетушитель, не просрочен ли срок его действия, есть ли тормозные упоры… Опа! Водитель не смог предъявить эти самые «упоры».  Машина была одолжена для поездки у товарища и всех ее укромных уголков водитель не знал. Тормозные упоры в машине были, но водитель не смог их быстро найти и предъявить «дотошному» полицейскому.

Представители власти, рассказывает Роман Лутт, были неторопливы, очень долго проверяли документы, медленно и обстоятельно составляли протокол о «нарушении».  «Было вполне определенное чувство, что тянут время», - поделился своими наблюдениями Роман.  

Протокол составлен и цыганам выписан штраф. 100 евро. «Это запредельный, немыслимый штраф за такое пустяковое нарушение», - сетует цыганский активист. Да и было ли это нарушение?  Самое главное - драгоценное время - было потрачено на проверки и протоколы, и старики-цыгане поняли, что на мероприятие они уже опоздали и их вопрос «Кто ответит за геноцид цыган?» задавать уже некому.

Поездка не задалась. Пришлось повернуть назад.

Ветераны-эсэсовцы и их поклонники спокойно разъехались по теплым и уютным домам, и они не будут вспоминать о тех, кто навсегда остался лежать, например,  в расстрельных рвах концлагеря Калева-Лийва. Дорожная полиция не будет останавливать машины с бритоголовыми юнцами и штрафовать на 100 евро за просроченный огнетушитель или за то, что подфарник не горит или завтра истекает страховка.

Эстонские автолюбители хорошо знают, что обычного водителя  эстонская полиция, как правило, не останавливает. Можно годами ездить по республике и видеть дорожную полицию только издали. Но если вы направились с пикетом против слета ветеранов 20-й дивизии СС, шансы на пристальное внимание полиции многократно возрастают.

По словам Романа Лутта у цыган, поехавших в Синимяэ, было неистребимое чувство, что за ними следили, что все эти «проверки на дорогах» были подстроены. По его мнению, то, что двое выживших стариков-цыган собираются поехать на пикет, не было никаким секретом, тем не менее, они подозревают, что телефоны их тоже прослушивались. 

Чего греха таить, оперативная практика эстонских правоохранительных органов, как показал ряд судебных процессов, такова, что прослушивали, прослушивают и будут прослушивать. И не только лиц, связанных с криминальными кругами, но и общественных активистов.

Письменные источники впервые упоминают о цыганах в Эстонии аж в 1533 году. Достоверное известно, что в «шведское время» цыгане уже постоянно просиживали в восточной Эстонии «под защитой зажиточных эстонских крестьян».  Многие из эстонских цыган, говоривших по-эстонски, традиционно  проживали в волости Лайузе, что в паре десятков километров от Чудского озера между Тарту и Йыгева. В довоенной Эстонской Республике был свой «цыганский вопрос», который живо обсуждался в прессе. Довоенная газета «Уус Ээсти» задавалась вопросом: «Что делать с цыганами?»  «О цыганах» писала и тогдашняя ведомственная «Полицейская газета».

Роман Лутт серьезно занимается историей и судьбой цыганского народа в Эстонии. По его словам, во время Второй мировой войне выжило около 150-200 цыган. В основном, это были жители Печорского края и Занаровья. Из их числа сегодня живы лишь 11 человек. По его мнению, официальные данные переписей преуменьшают численность цыган, проживавших в Эстонии до войны. Их в довоенной Эстонии было, по убеждению Романа Лутта, не «почти 800», а почти 3000 мужчин и женщин, стариков и детей.

Эстонские цыгане, как и евреи, стали жертвой геноцида в годы немецкой оккупации. По данным переписи 2011 года в Эстонии проживало менее 500 цыган. 
С тем, что нацисты и их пособники уничтожали эстонских цыган, официальная историография не спорит.  В нацистских списках на уничтожение цыгане в соответствии с гитлеровской бесчеловечной расовой теорией числились «паразитами», отмечается в многотомном издании «История Эстонии».  Цыгане Эстонии, состоявшие из трех, по мнению местных историков групп – эстоноязычные цыгане из Лайузе, латвийские и русские цыгане – были уничтожены поголовно. Только в одном концентрационном лагере в Харку под Таллином в 1942 году содержалось 243 цыгана. Они были вывезены и убиты в разных местах.По данным международной исторической комиссии, созванной президентом Мери, на территории Эстонии в 1941-1944 годы было убито от 400 до 1000 цыган.



Директор Центра информации по правам человека Алексей Семенов полагает, что в этой истории о «полицейской бдительности» с юридической точки зрения комментировать особенно нечего. Он с иронией отмечает, что можно было бы назвать произошедшее «административным восторгом», но совершенно очевидно, что это была специальная спланированная операция. Оспаривать действия полицейских, конечно,  возможно, но в той ситуации, в которой оказались цыгане-жертвы Холокоста, это будет нелегко. 

«Что касается правозащитной точки зрения и борьбы с нетерпимостью и дискриминацией, - продолжает Семенов, -  то картина вырисовывается вполне очевидная. Имеют место традиционные слеты представителей совершенно определенных кругов, которые можно назвать, по крайней мере, симпатизантами нацизма, если не называть их прямо неонацистами. Невооруженным глазом видно, что это уже не ветераны, которые собираются и вспоминают «минувшие дни», а те, кто явно симпатизируют ветеранам, что сражались во Второй мировой войне на определенной стороне под определенным флагом. В демократической Европе к этому относятся неприязненно». 

«С другой стороны, эстонские власти, начиная с правительства, с отдельных членов его, по крайней мере, с отдельных политиков, - рассуждает правозащитник, - и заканчивая, как выяснилось, эстонской полицией, выступают  как «симпатизанты симпатизантов» тех самых нацистов. Власти прикрывают их от законного выражения протеста со стороны тех, кто является жертвами и прямыми потомками жертв этих самых «симпатизантов»». 

«Когда на подобные факты обращают внимание международные наблюдатели или когда мы пишем заявления и запросы о такого рода фактах, то эстонские власти делают «честные глаза» и уверяют, что все это не так, что никаких симпатий к нацистам у них нет, и что все это клевета, по большей части, со стороны России и «российских агентов». А мы-де здесь совершенно ни при чем. Все это демократические проявления, и мы не можем это запретить, и это не имеет никакого отношения к нацизму, а имеет отношение только к нашей борьбе за, так сказать, свободу и независимость», - иронизирует директор ЦИПЧ.

«Даже если не вступать в полемику, - подводит он итог, - то сама цепочка фактов, которые проявились во всей этой неприглядной истории, показывает, на чьей стороне на самом деле симпатии хотя бы части эстонских официальных лиц  и каково их отношение к жертвам нацизма и жертвам трагедии Холокоста во Второй мировой войне. Чтобы местных цыган - граждан Эстонии, которые по-эстонски говорят гораздо лучше, чем по-русски, считать агентами Москвы, нужно иметь очень сильно извращенное воображение. Произошедшее - достаточно наглядный пример, убеждающий, что критики эстонских симпатизантов нацистов правы во многом, если не во всем».

В Калеви-Лийва по дороге в прибрежный дачный поселок Кабернеэме в сорока километрах от Таллина во время войны нацисты проводили массовые расстрелы. Там среди многих были расстреляны сотни цыган. Нынешняя цыганская община на свои скромные средства в 2007 году установила там памятник погибшим соплеменникам. На большом гранитном камне высечено символическое колесо цыганской кибитки.

Второго августа Совет Европы отметил Международный день памяти геноцида цыган, изучается предложение Европейского форума цыган признать на официальном уровне геноцид цыган... 

“Hе ищи палача, а ищи латыша”

 

     “Советская власть держится на еврейских мозгах, латышских штыках и русских дураках!” — такая поговорка существовала в России в годы революции. Была тогда у простого народа в ходу и иная фраза: “Не ищи палача, а ищи латыша”. 

     Сперва их называли “железной гвардией Октября”. Потом прежние фанфары сконфуженно умолкли. “Вдруг” обнаружилось, что на счету латышских стрелков сотни тысяч ни в чем не повинных жертв. Они положили начало большевистской диктатуре, а затем исправно топили страну в крови.
     К концу 1916 года общее количество этих стрелков достигло 39 тысяч, из них создали отдельную Латышскую стрелковую дивизию. Абсолютное большинство ее бойцов были в прошлом рабочими или батраками, не имели ни гроша, но мечтали о “светлом будущем”. На этом и сыграли большевики. Успех был полный.
     “Что касается латышских стрелков, то именно они развратили всю армию и теперь ведут ее за собой”, — докладывал осенью 1917 года начштаба Северного фронта генерал Лукирский другому генералу — Духонину в Ставку. А 25 октября на 2-м Всероссийском съезде Советов в числе прочих документов был оглашен и такой: “Мы, делегаты латышских стрелков, вместе с другими делегатами... все, как один, голосовали за первые декреты Советской власти, за Ленина...” Слово не разошлось у них с делом. Латышские полки в дни Октябрьского переворота не допустили отправки контрреволюционных войск с Северного фронта в Петроград. “Латышские полки первыми и почти поголовно перешли в Красную социалистическую армию, самоотверженно и храбро исполняя свой революционный долг пролетарской армии как на внутреннем, так и на внешних фронтах РСФСР”, — писал в 1919 году лидер большевиков Латвии П.Стучка. В то лихое время был создан особый руководящий орган — Исколастрел (Исполнительный комитет латышских стрелков).
     19 ноября один из латышских полков, бойцы которого отличались “образцовой дисциплиной и пролетарской сознательностью”, был вызван в столицу для усиления революционного гарнизона. Столь эталонные “солдаты революции” пригодились, например, для исторического разгона Учредительного собрания в начале января 1918 года, положившего начало большевистской диктатуре в стране. Еще 250 человек “самых-самых” были выделены в особый сводный отряд под командой бывшего подпоручика Яна Петерсона, которому поручалась охрана “колыбели революции” — Смольного дворца. Именно эти стрелки охраняли литерный поезд, перевозивший Ленина и членов правительства советской России в новую столицу — в Москву. А там отряд Петерсона, который позднее преобразовали в отдельный полк, взял под охрану Кремль, где жили и работали руководители страны. Остальная латышская гвардия тоже понадобилась молодой Стране Советов. Часть использовалась как профессионалы-военные, другим нашлось место в карательных органах. И везде латышские стрелки демонстрировали “классовый подход” и “революционную беспощадность”.

     ...Из резолюции собрания дружины Красной гвардии при Исполнительном комитете латышских объединенных секций Московской организации РСДРП (ноябрь 1917 г.): “Дружина Красной Гвардии... находит, что... освобождая юнкеров от ареста, Военно-революционный комитет вместе с тем дает им возможность снова встать против революционного народа. Мы, латышские стрелки и рабочие — члены Красной Гвардии, категорически требуем, чтобы все арестованные юнкера и прочая буржуазная сволочь были преданы властному революционному суду...” Чекистское начальство в значительной мере состояло тоже из “земляков”. И первым среди них вспоминается, конечно, Я.Петерс — заместитель председателя ЧК. Вот лишь несколько цитат из его публичных выступлений, относящихся к 1918—1919 годам: “Я заявляю, что всякая попытка русской буржуазии еще раз поднять голову встретит такой отпор и такую расправу, перед которой побледнеет все, что понимается под красным террором...” “...Произведена противозаразная прививка — то есть красный террор... Прививка эта сделана всей России...” (это — о расстрелах сотен заложников после покушения на Ленина и убийства Урицкого в 1918 году).

     “За голову и жизнь одного из наших вождей должны слететь сотни голов буржуазии и всех ее приспешников...” После того как части Красной Армии выбили деникинцев из Ростова-на-Дону, корреспондент газеты “Революционная Россия” писал: “Чрезвычайка, возглавляемая Петерсом, заработала. Очень часто сам Петерс присутствовал при казнях местных казаков... Красноармейцы говорят, что за Петерсом всегда бегает его сын, мальчик 8—9 лет, и постоянно пристает к нему: “Папа, дай я!”... Не отставал от своего коллеги-земляка и другой видный чекист — руководитель Всеукраинской ЧК (к слову сказать, “органы” в Киеве чуть ли не наполовину состояли из латышей) — Лацис. Данный товарищ в своем “классовом подходе” переплюнул едва ли не всех других “рыцарей революции”: “Мы истребляем буржуазию как класс. Не ищите на следствии материалов или доказательств того, что обвиняемый действовал делом или словом против Советской власти. Первый вопрос, который вы должны ему предложить: какого он происхождения, воспитания, образования или профессии. Эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого...” (Зарвался Лацис. Ведь если действовать по такому принципу, надо в числе первых расстрелять Ленина: у него и происхождение, и воспитание, и образование, и профессия явно буржуазные.) По убеждениям этих и других “настоящих” чекистов, цель оправдывает средства для любой ситуации. Поэтому в Москве при ВЧК был создан особый отдел, работавший с проститутками-провокаторами. Причем среди этого “контингента” немалую долю составляли девочки 13—15 лет. Их вербовали в тайные агенты элементарно: за деньги и конфеты. А неуступчивых ломали угрозой расстрела родителей. Столь же цинично действовала ЧК в Киеве. Здесь по инициативе уже упомянутого Лациса “организовали” появление фальшивых (их изображали сотрудники “органов”) чилийского и бразильского консулов, которые брались организовать всем желающим побег за границу. Естественно, тех, кто клюнул на такую приманку, чекисты брали с поличным и отправляли в лагерь. Карательные меры в исполнении латышских революционных войск удавались на славу.

     Первая их большая “экспедиция” — на Дон, где вспыхнуло восстание “казацкой контры” во главе с генералом Калединым, состоялась уже в конце 1917-го. После взятия Ростова стрелки вместе с другими красными войсками навели в городе “революционный порядок”. При этом расстреливались все мужчины и даже подростки, заподозренные в том, что они сочувствовали “офицерью”. Почти одновременно с этим, в начале января 1918 года, в Белоруссии “врагов советской власти” арестовывал и казнил без суда один из латышских полков, посланный туда для ликвидации мятежа Польского корпуса генерала Ю.Довбор-Мусницкого. Продолжение следовало. Согласно статистике, которую приводит исследователь истории “красного террора” С.Мельгунов, только по 20 губерниям Центральной России в 1918 г. было зарегистрировано 245 крупных контрреволюционных выступлений, в подавлении которых использовались латышские стрелки. А созданная в апреле 1918-го Латышская дивизия под командованием И.Вацетиса и вовсе превратилась в этакий общероссийский спецназ — ее подразделения принимали участие в разгроме практически всех крупных выступлений против большевистской власти.

     Потом “железную гвардию Октября” отправляли наводить порядок в Муроме, Рыбинске, Калуге, Саратове, Нижнем Новгороде... Занимались, оказывается, и “профилактикой”. В 1919 году по железнодорожной ветке между Череповцом и Вологдой ежедневно курсировал карательный поезд с отрядом латышей и матросов. “Поезд останавливался на какой-нибудь станции, — вспоминал очевидец, — и отряд по своему усмотрению или доносу начинал производить обыски, реквизиции, аресты и расстрелы...” На официальном языке это называлось “выездной сессией Особого отдела ВЧК”. Много “работенки” оказалось для латышских стрелков во время многочисленных крестьянских бунтов на Тамбовщине. Из докладной записки в Совнарком, подготовленной в конце 1919 года группой смельчаков: “Советская власть двинула на места десятки карательных отрядов... Во всех волостях шла безразборная порка крестьян. На площади города Спасска публично расстреляны 10 человек вместе со священником... Некоторые села почти уничтожены артиллерией. В Пичаевском уезде сжигали каждый десятый дом...”

     Приказ тамбовской ЧК (сентябрь 1920 года): “Провести к семьям восставших беспощадный “красный террор”... Арестовывать в таких семьях всех с 18-летнего возраста, не считаясь с полом, и если бандиты выступления будут продолжать, расстреливать их...” Счет убитых в деревнях Тамбовщины “врагов революции” и заложников шел на сотни и тысячи человек. А в Шацком уезде красные каратели расстреляли толпу верующих. Местные жители устроили было крестный ход, пытаясь защититься от разгулявшейся эпидемии испанки с помощью чтимой иконы Богоматери, однако чекисты, усмотрев в этой акции “контру”, арестовали и священника, и икону. Когда крестьяне — женщины, дети, старики — двинулись спасать свою святыню, их хладнокровно покосили из пулеметов. Страшную память о себе оставили латышские стрелки в Крыму. Дивизия под командованием Яна Лациса храбро форсировала Сиваш, за что и получила “эксклюзивное” имя — 15-я Краснознаменная Сивашская. А когда войска генерала Врангеля были выбиты из Тавриды, латыши вместе с другими красноармейскими частями и отрядами чекистов занялись “чисткой” полуострова от “всякой белогвардейской сволочи”. “Крым — это бутылка, из которой ни один контрреволюционер не выскочит!” Таков был лозунг тех дней. И его воплощали в жизнь, не жалея собственных сил и чужих жизней. Всех неблагонадежных, всех, кто не мог убедить в своем пролетарском происхождении, ожидала жестокая расправа. Людей расстреливали, топили в море, сбрасывали с обрывов... В Севастополе все деревья, все фонарные столбы в центре города были “украшены” трупами повешенных “врагов советской власти” — среди них инженеры, гимназисты, врачи... Немудрено, что после таких “мероприятий” Крым стали называть “всероссийским кладбищем”: на полуострове было казнено более 100 тысяч человек. Едва ли не самая громкая “усмирительная акция”, в которой принимали участие отряды латышских стрелков, — подавление кронштадтского восстания. В первый же день после штурма города-крепости на льду перед его фортами расстреляли около 300 мятежных солдат и матросов. В следующие дни было убито еще почти полторы тысячи. Общее же число казненных достигло двух с половиной тысяч.
Помнила ли Советская страна своих латышских героев? Из их числа широкую известность получили немногие — кроме уже упомянутых руководителей ЧК сохранились в книгах и справочниках фамилии нескольких “красных стрелков”, ставших крупными военачальниками, — Эйдеман, Берзинь, Стуцка...

      Печальное будущее ожидало “железную гвардию Октября”: во времена сталинских репрессий многие из этих людей погибли. Впрочем, часть стрелков сумела вернуться на родину. Там, в буржуазной Латвии 1920—1930-х годов, своих “заблудших сыновей” считали преступниками. Их судили и отправляли в тюрьмы. Но по крайней мере не расстреливали! А когда это прибалтийское государство было присоединено к Союзу, официальная пропаганда вновь стала называть латышских стрелков героями. В их честь был даже сооружен памятник. Он и до сих пор стоит в центре Риги. Вот только музей, расположенный рядом, поменял свою “политическую ориентацию”. Раньше он был посвящен истории красных латышских стрелков, а теперь стал Музеем оккупации — советской и фашистской. Весьма странно выглядит такое соседство. Может, тогда уж стоило бы и сам монумент переименовать и назвать его памятником латышской оккупации?...

Как долго беларусов будут называть нахлебниками???

В российском обывательском сознании сформирована устойчивая убежденность в том, что Беларусь своим относительным материальным благополучием во многом обязана России. Считается что «Россия помогает Беларуси». Об этом прямо заявляют с высокой трибуны официально.

Под этой помощью понимается поставка в Беларусь российского газа и нефти по заниженным ценам. Никакого при этом развернутого анализа, который бы доказывал или опровергал это утверждение, не предоставляет ни российская, ни беларуская сторона.

Причем в информационном пространстве постоянно муссируется тема, что Беларусь стремится воспользоваться «российской добротой» чрезмерно.

Беларуские власти реагируют на эти энергичные обвинения на удивление вяло.

Для того, чтобы разобраться в ситуации, необходимо выяснить, действительно ли заниженность цен является помощью, насколько она велика, и кому выгодно выставлять Беларусь всецело зависимой от российской помощи.

Итак:


1. Газ и нефть поставляются по трубопроводам, спроектированным и построенным еще в советские годы. 

Россия поставляет в Беларусь ежегодно 20-23 млн. кубометров газа и столько же тонн нефти. Эти объемы постоянны и в техническом плане являются разницей в пропускной способности этих трубопроводов на входе в Беларусь и на выходе.

Трубопроводы работают на пределе своей пропускной способности, иначе экспортеры недополучили бы свою выручку, что противоречит самой логике олигархического бизнеса.

В этих условиях российские нефтяники не могут поставить беларусам нефти более этих объемов, разве, что железнодорожными цистернами, а это экономически нецелесообразно.

Если же они поставят меньшие объемы, то банально недозаработают, так как их попросту некому продать, кроме беларусов.


2. Фактическая заниженность цены на нефть для белорусских государственных НПЗ по сравнению с другими странами обусловлена отсутствием экспортных пошлин для российских нефтянных компаний при поставках нефти в Беларусь. 

Сам факт наличия каких-либо пошлин, хоть экспортных, хоть импортных, противоречит самим принципам Таможенного Союза. В нормальных таможенных союзах пошлин между участниками не бывает, иначе в чем смысл таких таможенных союзов?

Соглашаясь на уплату компенсационных пошлин от экспорта беларуских нефтепродуктов, произведенных из российской нефти, в российский бюджет, беларусы вполне могли бы утверждать:

• Кремль вымогает у них честно заработанные деньги,
• они дотируют братьев-россиян.

3. Беларусь закупает российскую нефть не для собственного внутреннего жизнеобеспечения. 

Для этого ей более менее достаточно собственной добычи в 1,6-1,7 млн. тонн в год в Гомельской области.

Российская же нефть идет на экспортоориентированную нефтепереработку. Это в чистом виде заработок, а не вопрос выживания.

Таким образом, в принципе некорректной является постановка вопроса о нефтяной зависимости Беларуси от России. Можно лишь говорить обособой заинтересованности беларусов заработать на переработке российской нефти, а эта заинтересованность может, как увеличиваться, так и уменьшаться.

Можно, конечно, утверждать, что доходы от нефтепереработки являются относительно большими и относительно легкими деньгами для белорусского госбюджета, и белорусская власть сама себя поставила в критическую зависимость от них, взвалив на себя повышенные социальные обязательства. На сегодняшний день доходы от экспорта нефтепродуктов уже превышаются доходами от экспорта продовольствия.


4. Рыночных цен на газ в принципе не бывает, так как поставки газа в Европе монополизированы несколькими поставщиками. 

Это объективно обусловлено тем, что, в отличие от нефти, большая часть поставок газа технически прокачивается по трубопроводам.

Цена газа, таким образом, не является балансом спроса и предложения. Это — результат договоренности между безальтернативно-взаимозависимыми продавцом и покупателем.

В отличие от нефти, являющейся сырьем, газ является в основном энергоносителем критически важным для жизнеобеспечения населения и экономики.

В этой ситуации заинтересованность потребителя купить гораздо больше, чем заинтересованность продавца продать. Для продавца это вопрос лишь коммерческой выгоды, а не жизни и смерти, как для покупателя.

Цена газа это не столько экономическая категория, сколько политическая, хотя многие недобросовестные СМИ навязывают рассмотрение вопросов, связанных с газом именно в экономическом аспекте.

Выражение «спор хозяйствующих субъектов» давно воспринимается как стеб.

Газопроводы, идущие через Беларусь, так же, как и нефтепровод, загружены максимально. Себестоимость добычи 1 кубометра российского газа составляет около 30 $ США. Цена для Беларуси составляет 165-175 $ США. Средняя продажная цена газа в странах ЕС около 400$.

Можно в этой ситуации при желании утверждать, что беларусы ради материальной поддержки братьев-россиян покупают у них по пятикратным ценам тот объем газа, которые те не могут продать немцам по двенадцатикратным ценам потому, что он не вмещается в польский газопровод.


5. Простой подсчет показывает, что размер ценовых преференций для Беларуси складывается по нефти в 1,5-2 млрд. $, по газу в 4,5 млрд. $. 

Суммарно это составляет около 10% от ВВП Беларуси. Даже, если считать эти преференции помощью России белорусскому народу, то сколь-нибудь решающего значения для социально-экономическом развития Беларуси они в любом случае не могут иметь.

Постоянное настойчивое муссирование в СМИ темы нахлебничества Беларуси при отсутствии его в реальности либо крайней малозначительности прямо указывает на информационный характер проблемы.

Единственной их целью в данном случае можно считать лишь преувеличение в общественном сознании значимости российских преференций и, соответственно, преуменьшение значимости внутренних беларуских факторов.

Такая агрессивная тактика российских СМИ приводит к дискредитации сложившейся в Беларуси антиолигархической социально-экономической модели развития и самого беларуского народа эту модель поддерживающего.

Так же в глазах россиян обесценивается идея интеграции с постсоветским пространством, раз за нее надо так дорого платить. Кому хочется вешать на шею нахлебников?


Зачем белорусской власти противиться этой замечательной бесплатной политической рекламе?

Получается, что «Батька» еще более «хитрый», чем его изображают российские политтехнологи и пропагандисты, раз он переигрывает их самих и заставляет работать на себя.

Единственный минус в этой ситуации, что имидж Беларуси, и внутренний, и внешний приносится в жертву имиджу Президента. Можно, конечно, как угодно к этому относиться, но такова, видимо, цена стабильности и независимости страны.

Думается, это не большая цена.


С другой стороны, эффективность пропагандистских усилий по дискредитации беларуской модели социально-экономического развития и оправданию олигархической модели оказывается весьма ограниченной в любом случае.

Россиян пытаются убедить в том, что решающее значение для беларуского развития имеют скидки на газ и нефть, а вовсе не управленческая эффективность беларуской власти и справедливый социально-экономический строй.

Тем не менее, любому здравомыслящему человеку понятно, что российская экономика вообще не импортирует ни газ, ни нефть, и, вообще, не несет расходов на их импорт.

Она по определению должна иметь сравнительные преимущества перед белорусской экономикой. Это понимают все россияне.

Таким образом, время неумолимо работает против либерально-олигархической модели развития экономики и в пользу социально-ориентированной беларуской модели. 

Вся мощь пропагандистской машины может лишь частично сдерживать этот объективный процесс, но не остановить его. 

И  на досуге советую почитать таможенный кодекс так называемого союзного государства, глава 7, там все чётко прописано! Это к вопросу о "белорусских" креветках, бананах и т.д. Особенно обратите внимание на ст. 58, и пожалуйста удосужьтесь почитать комментарии к ней, в части касающейся достаточной переработки!

Все революционеры - всегда сволочи.

Вчера была годовщина первого взятия Берлина русскими войсками (всего таковых было аж три!).

В гугл-выдаче наткнулся на эту картину:

Взятие Берлина 9 октября 1760 года (А.Е.Коцебу).

В военном отношении сей акт мало что значил, но в политическом... Все европейские столицы моментально облетела фраза, произнесенная фаворитом императрицы Елизаветы Петровны графом И.И. Шуваловым: "Из Берлина до Петербурга не дотянуться, но из Петербурга до Берлина достать всегда можно".

А потом Гугл выдал мне такую картинку:

Торжественная встреча A.B. Суворова в Милане 18 апреля 1799 года (А.И.Шарлемань)

Российская Империя была страной, без приказа которой в Европе пушки не стреляли. И та же Европа покорно ждала, пока русский царь удит рыбу.

А советские патриоты, самые честные и откровенные из них, не стесняются утверждать, что Родина наша до их прихода к власти - историческое недоразумение. Длинная летопись страданий простого народа. Пока вся эта отсталая рабская "Рашка" с кровавым "Николашкой" не надоела лучшим русским людям и они под руководством Зиновьевых, Каменевых и все прочих честных людей не встали на пусть Прогресса и Справедливости. Тем самым, спасая Россию от окончательного распада под властью прогнившего царского режима.

Ну всё прям как сейчас, если почитать каспаров.ру: все те же мотивы и сюжеты, словно только фамилии заменили в текстах. Теперь спасти отсталую авторитарную путинскую Россию от катастрофы отчаянно хотят Яшины, Навальные и Касьяновы.

Я это к чему. Русские люди должны осознать, что революционеры - это всегда сволочь. А революция - всегда самый губительный, самый худший сценарий для страны и народа. Особенно если эта революция связана с ломкой и уничтожением собственной идентичности, с глобальным социальным экспериментом по выведению новой породы человека, построению нового социума. Осознайте это: самый грандиозный проект по реализации утопической идеи на земле осуществили мы, русские! Есть чем гордиться...

Так вот, все революционеры - всегда сволочи. Что советские, что либеральные. И это именно та сволочь, которую, по хорошему, надо, смело, особо не задумываясь, расстреливать из крупнокалиберных пулеметов. Ну или хотя бы лишение гражданства и депортация с пожизненным баном на въезд. Давайте так. Мы ж христиане, как-никак.

Об этих потерях вспоминают редко.

1. Южное побережье Каспия (1723-1732)

Прорубив, в результате победы над шведами, "окно в Европу", Пётр I принялся рубить окно в Индию. Для этой цели он предпринял в 1722-1723 гг. походы в раздираемую междоусобицами Персию. В результате этих походов под властью России оказалось всё западное и южное побережье Каспийского моря. Но Закавказье - не Прибалтика. Завоевать эти территории оказалось намного легче, чем балтийские владения Швеции, но удержать - сложнее. Из-за эпидемий и постоянных нападений горцев русские войска уменьшились наполовину. Россия, истощённая войнами и реформами Петра, не могла удерживать столь дорого обходившееся приобретение и в 1732 году эти земли были возвращены Персии.

2. Восточная Пруссия (1758-1762)

По итогам Второй Мировой войны, часть Восточной Пруссии с Кёнигсбергом отошли к СССР - теперь это Калининград с одноименной областью. Но когда-то эти земли уже были в подданстве России. Во время Семилетней войны (1756-1763) русские войска в 1758 г. оккупировали Кёнигсберг и всю Восточную Пруссию. Край указом Императрицы Елизаветы был превращен в русское генерал-губернаторство, а прусское население приведено к присяге на русское подданство. Русским подданным стал и знаменитый немецкий философ Кант. Сохранилось письмо, где верноподданный русской короны Иммануил Кант испрашивает у императрицы Елизаветы Петровны должность ординарного профессора. Внезапная смерть Елизаветы Петровны (1761) всё поменяла. Русский престол занял Пётр III, известный своими симпатиями к Пруссии и королю Фридриху. Он вернул Пруссии все русские завоевания в этой войне и повернул оружие против своих бывших союзников. Свергнувшая Петра III Екатерина II, также симпатизировавшая Фридриху, подтвердила мир и, в частности, возвращение Восточной Пруссии.

3. Средиземноморье: Мальта (1798-1800) и Ионические острова (1800-1807)

В 1798 году Наполеон по пути в Египет подверг разгрому Мальту, которой владели рыцари Ордена госпитальеров, основанного ещё во времена Крестовых походов. Придя в себя после погрома, рыцари избрали российского императора Павла I Великим Магистром Мальтийского Ордена. Эмблема Ордена вошла в Государственный герб России. Этим, пожалуй, и ограничились видимые признаки того, что остров находится под властью России. В 1800 г. Мальту захватили англичане. В отличие от формального владения Мальтой, власть России над Ионическими островами у берегов Греции была более реальной. В 1800 г. русско-турецкая эскадра под командованием знаменитого флотоводца Ушакова захватила сильно укреплённый французами остров Корфу. Была учреждена Республика Семи Островов, формально, в качестве турецкого протектората, но по факту, под русским управлением. По Тильзитскому миру (1807) император Александр I негласно уступил острова Наполеону.

4. Румыния (1807-1812, 1828-1834)

Первый раз Румыния, а точнее тогда ещё два отдельных княжества - Молдавия и Валахия - оказались под властью России в 1807 году, во время очередной русско-турецкой войны (1806-1812). Население княжеств было приведено к присяге на верность российскому императору, на всей территории - введено прямое российское правление. Но вторжение Наполеона в 1812 году вынудило Россию заключить скорейший мир с Турцией, вместо двух княжеств удовольствовавшись лишь восточной частью княжества Молдавия (Бессарабия, совр. Молдова). Второй раз Россия установила свою власть в княжествах в ходе русско-турецкой войны 1828-29 годах По завершении войны русские войска не ушли, княжествами продолжила управлять российская администрация. Более того, Николай I, подавивший внутри России любые ростки свободы, даёт своим новым территориям Конституцию! Правда, называлась она "органическими регламентами", поскольку для Николая I слово "конституция" было слишком крамольным. Россия охотно превратила бы Молдавию и Валахию, которыми владела фактически, в свои владения де-юре, но в дело вмешались Англия, Франция и Австрия. В результате, в 1834 году русская армия была из княжеств выведена. Окончательно своё влияние в княжествах Россия потеряла после поражения в Крымской войне.

5. Карс (1877-1918)

В 1877 году в ходе русско-турецкой войны (1877-1878) Карс был взят русскими войсками. По мирному договору, Карс, вместе с Батуми, отошёл к России. Карская область стала активно заселяться русскими переселенцами. Карс застраивался по плану, разработанному русскими архитекторами. Даже сейчас Карс с его строго параллельными и перпендикулярными улицами, типично русскими домами, возведёнными в кон. XIX - нач. XX вв., резко контрастирует с хаотичной застройкой прочих турецких городов. Зато очень напоминает старые российские города. После революции Карскую область большевики отдали Турции.

6. Манчжурия (1896-1920)

В 1896 году Россия получала от Китая право на строительство железной дороги через Маньчжурию для соединения Сибири с Владивостоком - Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД). Русские имели право арендовать узкую территорию по обе стороны линии КВЖД. Однако фактически строительство дороги привело к превращению Маньчжурии в зависимую от России территорию, с русской администрацией, армией, полицией и судами. Туда хлынули русские переселенцы. Российское правительство начало рассматривать проект включения Маньчжурии в состав империи под названием "Желтороссия". В результате поражения России в русско-японской войне, южная часть Маньчжурии попала в сферу влияния Японии. После революции русское влияние в Маньчжурии стало убывать. Наконец, в 1920 году китайские войска заняли русские объекты, включая Харбин и КВЖД, окончательно закрыв проект " Желтороссия".

7. Советский Порт-Артур (1945-1955)

Благодаря героической обороне Порт-Артура, многие знают, что этот город до поражения в русско-японской войне принадлежал Российской империи. Но меньше известен факт, что одно время Порт-Артур входил в состав СССР. После разгрома японской Квантунской армии в 1945 году Порт-Артур по договору с Китаем был передан Советскому Союзу сроком на 30 лет в качестве военно-морской базы. Позже СССР и КНР договорились о возвращении города в 1952 году. По просьбе китайской стороны, в связи со сложной международной обстановкой (Корейская война) советские вооружённые силы задержались в Порт-Артуре до 1955 года.

Развенчание совести нации. В который раз.

ДИН РИД. ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО А. СОЛЖЕНИЦЫНУ

Удивительно, насколько эти слова актуальны и сегодня. Письмо было написано 40 лет назад, и до сих пор оно не потеряло своей актуальности. Никто из писателей советской эпохи не нанес столь огромного ущерба репутации СССР, как Солженицын. Вся Европа читала книги, где Советский Союз представлялся как одна большая тюрьма. Именно книги Солженицына внесли немалую лепту в развал страны, за что он получил свою Нобелевскую премию. 
Однако в капиталистической Америке находились люди, которые умели смотреть сквозь призму лжи и видеть саму суть. Дин Рин — американский певец, киноактёр, кинорежиссёр и общественный деятель, в далеком 71-м году опубликовал открытое письмо А. Солженицыну, в котором актер назвал все обвинения Солженицына в отношении Советского Союза ложными.
Текст письма:

Дорогой коллега по искусству Солженицын!

Я, как американский артист, должен ответить на некоторые ваши обвинения, публикуемые капиталистической прессой во всем мире. По моему мнению, они являются ложными обвинениями, и народы мира должны знать, почему они ложные.

Вы заклеймили Советский Союз как «глубоко больное общество, пораженное ненавистью и несправедливостью». Вы говорите, что Советское правительство «не могло бы жить без врагов, и вся атмосфера пропитана ненавистью, и еще раз ненавистью, не останавливающейся даже перед расовой ненавистью». Вы, должно быть, говорите о моей родине, а не о своей!

Ведь именно Америка, а не Советский Союз, ведет войны и создает напряженную обстановку возможных войн с тем, чтобы давать возможность своей экономике действовать, а нашим диктаторам, военно-промышленному комплексу наживать еще больше богатства и власти на крови вьетнамского народа, наших собственных американских солдат и всех свободолюбивых народов мира! Больное общество у меня на родине, а не у вас, г-н Солженицын!

Именно Америка, а не Советский Союз, превратилась в самое насильственное общество, которое когда-либо знала история человечества. Америка, где мафия имеет больше экономической власти, чем крупнейшие корпорации, и где наши граждане не могут ходить ночью по улицам без страха подвергнуться преступному нападению.

Ведь именно в Соединенных Штатах, а не в Советском Союзе свои же сограждане убили в период с 1900 года больше людей, чем число всех американских солдат, погибших в боях в первой и второй мировых войнах, а также в Корее и во Вьетнаме! Именно наше общество считает удобным убивать любого и каждого прогрессивного лидера, который находит в себе мужество поднять голос против некоторых наших несправедливостей. Вот что такое больное общество, г-н Солженицын!

Далее вы говорите о расовой ненависти! В Америке, а не в Советском Союзе, на протяжении двух столетий остаются безнаказанными убийства негров, которых держат в полурабстве. В Америке, а не в Советском Союзе, полиция без разбору избивает и арестовывает любого и каждого негра, пытающегося выступить в защиту своих прав.

Затем вы говорите, что «свобода слова, честная и полная свобода слова — вот первое условие здоровья любого общества, и нашего также». Попытайтесь распространить эти мысли среди страдающих народов, вынужденных бороться за существование и жить вопреки своей воле под гнетом диктаторских режимов, держащихся у власти лишь благодаря военной помощи США.

Скажите о своих мыслях людям, чье «здоровье» заключается лишь в том, что половина их детей умирает при рождении, так как у них нет денег на врача, и они всю свою жизнь мучаются из-за отсутствия медицинского обслуживания. Скажите об этом людям капиталистического мира, чье «здоровье» состоит в том, что всю свою жизнь они проводят в постоянном страхе перед безработицей. Скажите американским неграм, как много им помогли на деле «здоровье» и «свобода слова» в процессе их справедливой борьбы за равноправие с белыми, когда после двух столетий «свободы слова по-американски» во многих районах США считают, что убить негра — это все равно что поохотиться на медведя!

Скажите трудящимся капиталистического мира о ваших идеях по поводу «свободы слова как первого условия здоровья», если из-за нехватки денег их сыновья и дочери не смогут развить свои умственные способности в школе, а поэтому никогда не сумеют даже научиться читать! Вы говорите о свободе слова, тогда как бóльшая часть населения земного шара пока еще говорит о возможности научиться читать слова!

Нет, г-н Солженицын, ваше определение свободы слова как первого условия здоровья неверно. Первое условие заключается в том, чтобы сделать страну достаточно здоровой морально, умственно, духовно и физически, с тем чтобы ее граждане умели читать, писать, трудиться и жить вместе в мире.

Нет, г-н Солженицын, я не принимаю вашего первого условия здоровья общества и особенно в вашем определении и контексте. Моя страна, известная своей «свободой слова», — это страна, где полиция нападает на участников мирных походов. В моей стране разрешены мирные походы, и в то же время продолжающаяся война губительно отражается на жизни вьетнамского народа, ибо демонстрации, разумеется, нисколько не меняют политику правительства. Неужели вы действительно думаете, что военно-промышленный комплекс, правящий моей страной и пол миром, печется о «свободе слова»?! Правители его сознают, что они, и только они, обладают властью принимать решения. Воистину, свобода слова на словах, но не на деле!

Вы заявляете также, что Советский Союз идет не в ногу с ХХ веком. Если это и верно, то потому, что Советский Союз всегда идет на полшага впереди ХХ века! Неужели вы предлагаете вашему народу отказаться от своей роли вождя и авангарда всех прогрессивных народов мира и вернуться к бесчеловечным и жестоким условиям, существующим в остальной части земного шара, где несправедливость воистину изобилует в атмосфере чуть ли не феодальных условий многих стран? Г-н Солженицын, в статье далее сказано, что вы — «многострадальный писатель из Советского Союза». По-видимому, это означает, что вы много страдаете из-за отсутствия моральных и общественных принципов и что ваша совесть мучает вас в тихие ночные часы, когда вы остаетесь наедине с собой.

Верно, что в Советском Союзе есть свои несправедливости и недостатки, но ведь все в мире относительно. В принципе и на деле ваше общество стремится к созданию подлинно здорового и справедливого общества. Принципы, на которых построено ваше общество — здоровы, чисты и справедливы, в то время как принципы, на которых построено наше общество, жестоки, корыстны и несправедливы. Очевидно, в жизни могут быть ошибки и некоторые несправедливости, однако несомненно, что общество, построенное на справедливых началах, имеет больше перспектив прийти к справедливому обществу, нежели то общество, которое строится на несправедливости и эксплуатации человека человеком. Общество и правительство моей страны отстали от времени, потому что их единственная цель заключается в стремлении сохранить во всем мире статус-кво. 

Именно ваша страна стремится делать прогрессивные шаги во имя человечества, и если в чем-то она несовершенна и порою спотыкается, то мы не должны осуждать за эти недостатки всю систему, а должны приветствовать ее за мужество и стремление прокладывать новые пути.

Искренне ваш, Дин Рид
Огонек № 5 (2274), 1971 г.
Литературная газета № 5, 1971 г.